Постановка проблемы

В современном медиапространстве язык переживает качественные трансформации, связанные с цифровизацией коммуникации, развитием социальных сетей, блогосферы и пользовательского контента. В условиях постоянного информационного обмена формируется новая языковая среда, в которой молодежный сленг занимает особое место. Он становится как средством самовыражения и идентификации молодого поколения, так и значимым элементом медиадискурса, где язык функционирует в тесной связи с технологиями, визуальными кодами и социальными практиками.

Современный молодежный сленг активно интегрируется в медиатексты различного типа, от коротких видеороликов и мемов до новостных публикаций и рекламных сообщений. Благодаря высокой скорости тиражирования и популярности цифровых платформ, таких как TikTok, «ВКонтакте», YouTube и др., несмотря на трудности с доступом к некоторым из них на территории Российской Федерации на момент 2025 года, сленговая лексика быстро распространяется и закрепляется в языковом сознании молодежи. В то же время медиасреда влияет на характер и динамику сленга, задавая новые форматы его существования, поскольку мультимодальные тексты, где вербальные, графические и аудиовизуальные элементы образуют единую семиотическую систему, становятся доминирующими в коммуникации молодежи.

Тем не менее, несмотря на растущее внимание к феномену молодежного сленга, в современной лингвистике остаются недостаточно изученными вопросы его структурной организации, жанрово-платформенных различий, механизмов адаптации и семантической эволюции. В частности, требует уточнения само понимание современного состояния молодежного сленга как динамичной системы, существующей в медиапространстве и подверженной постоянным изменениям под влиянием технологических, социокультурных и политических факторов.

Актуальность и цель

Актуальность настоящего исследования определяется необходимостью комплексного анализа современного молодежного сленга как компонента медиадискурса, выявления его особенностей развития, функциональных характеристик и перспектив дальнейшей эволюции.

Цель работы – охарактеризовать современное состояние молодежного сленга в медиатекстах, определить его основные тенденции, коммуникативные функции и направления развития в цифровой среде, опираясь на систематизированный эмпирический корпус. Для достижения цели поставлены следующие задачи:

1.     Описать особенности функционирования молодежного сленга в медиадискурсе с 2023 по 2025 год.

2.     Определить ключевые факторы, влияющие на развитие молодежного сленга в медиапространстве.

3.     Определить источники пополнения молодежного сленга.

4.     Рассмотреть перспективы существования и развития сленговых единиц в медийном пространстве.

Теоретические основания и обзор научной литературы

Методологическую основу исследования составляют положения социолингвистики, а также методы контент-анализа, корпусного и прагмалингвистического описания медиатекстов. Комплексный подход позволяет рассмотреть молодежный сленг как лексико-стилистическое явление и как важный компонент медиакультуры, отражающий глубинные процессы трансформации современного языка и коммуникации. Контент-анализ обеспечивает количественную основу исследования, так как он позволяет выявить частотность сленговых единиц, их распределение по жанрам и платформам, а также зафиксировать динамику употребления с 2023 по 2025 гг.

Социолингвистический подход реализуется в традиции вариационного анализа Уильяма Лабова и этнографии коммуникации Делла Хаймса (Labov 1966; Hymes 1972). Вариационный анализ предоставляет методологию для сопоставления частотности и распределения сленговых единиц по социальным и платформенным параметрам, а этнография коммуникации позволяет интерпретировать словоупотребление в рамках коммуникативных ситуаций, правил и норм конкретных сообществ. Эти идеи используются для объяснения механизмов распространения, стилевой окраски и идентификационной функции сленга в сетевых сообществах.

Прагмалингвистический компонент (основы речевых актов и речевой деятельности по Дж. Остину и Дж. Серлю) применяется для анализа коммуникативных интенций и функций сленговых единиц, а именно определение экспрессивно-оценочных, перформативных и фатических значений сленгизмов и их вклада в стратегию взаимодействия участников дискурса (Austin 1962; Searle 1969). В описательной части это выражается в кодировке прагматических функций каждой единицы в корпусе (оценка, идентификация, контакт, языковая игра и т. п.).

Методологические основания исследования определяют выбор конкретных методов анализа и задают общую логику научного поиска. Обращение к социолингвистике позволяет рассматривать молодежный сленг как социально обусловленное и вариативное языковое явление, функционирующее в определенных коммуникативных сообществах. В свою очередь, прагмалингвистическая перспектива ориентирует исследование на выявление коммуникативных намерений говорящих и функциональной нагрузки сленговых единиц в медиадискурсе. Реализация данных теоретических установок осуществляется посредством комплекса взаимодополняющих методов, включающего контент-анализ, корпусный анализ и прагмалингвистическое описание медиатекстов. Контент-анализ обеспечивает количественную базу исследования, позволяя выявить частотность сленговых единиц, их распределение по жанрам и платформам, а также зафиксировать динамику употребления в период с 2023 по 2025 гг. Корпусный анализ направлен на систематизацию эмпирического материала и выявление структурных особенностей сленга, а прагмалингвистическое описание позволяет интерпретировать функциональные характеристики единиц в контексте реального коммуникативного взаимодействия.

Наряду с этим в исследовании применяются элементы дискурсивного, контекстуального и интент-анализа. Дискурсивный анализ позволяет рассматривать сленговые единицы как компоненты цифрового общения с учетом платформенной специфики и особенностей пользовательского взаимодействия. Контекстуальный анализ используется для уточнения значений лексем в конкретных коммуникативных ситуациях, что способствует более точному определению их прагматической нагрузки. Интент-анализ направлен на выявление коммуникативных намерений говорящих и помогает установить, какие цели реализуются посредством употребления сленговых единиц. Обращение к указанным методам обеспечивает комплексность исследования и позволяет достоверно определить коммуникативные функции молодежного сленга, а также выявить тенденции его развития в цифровой среде.

Комплексное сочетание перечисленных методов позволяет соотнести количественные показатели (частотность, распределение по платформам и типам медиатекстов) с социальными условиями употребления и прагматическими функциями сленговых единиц. Таким образом, проведенное исследование позволяет описать распространенность и структуру молодежного сленга, а также интерпретировать его коммуникативную роль и факторы эволюции, что способствует повышению аналитической глубины и обоснованности выводов.

Наконец, обзор исследований российского и зарубежного уровня показывает, что эмпирические данные в целом подтверждают сформулированные теоретические положения о социальной обусловленности и функциональной вариативности молодежного сленга. Функциональные характеристики и образовательную значимость данной языковой подсистемы рассматривают А. А. Воронкова, С. М. Мальцева и Е. М. Ульянкина (2020: 238). Схожую проблематику развивает Г. М. Старыгина, которая рассматривает словообразовательные особенности сленговых единиц в современной интернет-коммуникации и показывает их активное функционирование в социальных сетях, а также их экспрессивную и деривационную специфику (Старыгина 2023: 106).

Отдельные тематические подсистемы молодежной лексики становятся предметом специализированных исследований: вопросы геймерской лексики анализируются Ю. А. Воронцовой и А. Ю. Алдуховым, тогда как семантические процессы в субкультурной среде видеоигр и аниме подробно рассматриваются О. В. Торопчиной, М. С. Власовым, И. П. Исаевой и Е. С. Замашанской (Воронцова, Алдухов 2023: 89; Торопчина, Власов, Исаева, Замашанская 2023: 24). Авторы устанавливают актуальные функциональные значения сленгизмов на основе анализа их парадигматических и синтагматических связей, что позволяет глубже понять механизмы их смыслового развития.

Словообразовательные тенденции современного молодежного сленга описывает А. Б. Камилова, кластерные и тематические подходы к интернет-лексике представлены в работе А. В. Картавцевой и З. М. Хачмафовой, тогда как историко-лексикографическую перспективу задает Т. Г. Никитина (Камилова 2025: 568; Картавцева, Хачмафова 2025: 48, 50; Никитина Т. Г. Толковый словарь молодежного сленга: слова, непонятные взрослым. Ок. 2000 слов. М. : Астрель; АСТ, 2003. 736 с.). В совокупности данные исследования демонстрируют, что разговорный и сленговый пласт лексики представляет собой динамичную систему, характеризующуюся постоянным обновлением значений и пополнением словарного состава.

В работе используется как англоязычная теоретическая база (У. Лабов, Д. Хаймс, Дж. Остин, Дж. Серль), так и современные русскоязычные эмпирические исследования, что обеспечивает методологическую согласованность анализа и повышает интерпретационный потенциал полученных результатов.

Критерии отбора и эмпирический материал

Выборка охватывала медиатексты и комментарии 2023–2025 годов с платформ TikTok, YouTube, «ВКонтакте», Telegram и Steam. Включались короткие пользовательские видео и их субтитры, комментарии, игровые форумы, мемы и рекламные материалы при обязательном наличии вербального компонента сленга или его однозначно реконструируемой мультимодальной формы. Для каждой зафиксированной единицы сохранен источник в виде ссылки или скриншота, а анонимные и удаленные материалы не использовались.

Стоит подчеркнуть, что в рамках данного исследования комментарии рассматриваются как частный случай пользовательского контента и одновременно как один из типов медиатекстов. Разграничение терминов используется исключительно в аналитических целях. Понятие «медиатекст» трактуется в широком смысле и охватывает все формы коммуникации, функционирующие в цифровой медиасреде, тогда как пользовательский контент понимается как медиапродукция, создаваемая непосредственно пользователями платформ. Комментарии, в свою очередь, представляют собой разновидность пользовательского контента, характеризующуюся реактивной коммуникативной природой и зависимостью от исходного медиасообщения.

Уточнение терминологического аппарата позволяет последовательно перейти к характеристике эмпирического корпуса исследования и процедуре его формирования. Семьдесят четыре единицы в финальном корпусе отобраны по двухэтапной процедуре отбора. На первом этапе был сформирован расширенный массив около 180 кандидатов посредством ручного сбора материала из открытых тематических сообществ и цифровых площадок, ориентированных преимущественно на молодежную аудиторию. Затем были применены фильтры репрезентативности и значимости, учитывавшие частотность фиксаций, представление на нескольких платформах и тематическое покрытие, при этом допускались малочастотные единицы, если они демонстрировали высокую прагматическую нагрузку.

Типология единиц включала интернет-лексику, мемные конструкции, геймерский жаргон, заимствования, гибридные образования и графические стилизации. Пересечения носят категориальный характер и проявляются на функционально-семантическом и словообразовательном уровнях, поскольку одна и та же единица может одновременно сочетать признаки нескольких типологических групп. Например, заимствованная единица может одновременно входить в состав геймерского сленга и активно использоваться в мемном дискурсе, тогда как гибридные образования нередко сочетают графическую стилизацию с интернет-лексикой. Подобная поликатегориальность отражает естественную специфику цифрового сленга и учитывается в процессе классификации, однако принципиального значения для аналитических выводов не имеет, так как исследование направлено прежде всего на выявление общих тенденций функционирования молодежного сленга, а не на жесткое разграничение типологических границ.

Также фиксировались разнообразные тематические кластеры (игры, повседневное общение, реклама и интернет-мемы), чтобы избежать смещения корпуса в сторону одной сферы.

В итоговый корпус вошло 74 примера, каждый из которых рассматривается как отдельная коммуникативная единица. Распределение корпуса по платформам и типам медиатекстов следующее:

1.    TikTok – 26 примеров.

2.    YouTube – 18 примеров.

3.    ВКонтакте – 13 примеров.

4.    Telegram – 10 примеров.

5.    Steam – 7 примеров.

Распределение по типам медиатекстов:

1.    Комментарии – 29 примеров.

2.    Мемы – 18 примеров.

3.    UGC-контент – 15 примеров.

4.    Реклама – 12 примеров.

Функции молодежного сленга

Молодежный сленг обладает свойством полифункциональности, что объясняет его высокую востребованность в современной коммуникации. В научной литературе по социолингвистике и прагмалингвистике среди базовых функций сленговых единиц обычно выделяются следующие:

1.    Эмоционально-оценочная и экспрессивная функции, которые выступают в качестве ведущих. Они обусловлены необходимостью репрезентации дополнительных компонентов смысла, например, иронии, неодобрения, презрения, уважения или сарказма (Камилова 2025: 567; Воронкова, Мальцева, Ульянкина 2020: 238). Сленг привлекает молодежь своей яркостью, выразительностью и краткостью, позволяя лучше передать чувства и эмоции. Например, сленг выражает как положительную оценку, например «топовый» (лучший), «красава» (молодец), «няшка» (милая девушка), так и отрицательную, как в случае с «зашквар» (позор, стыд), «школота» (школьники) и др. (Милешина 2021: 366).

2.    Идентификационная функция. Сленг выступает как «код», указывающий на принадлежность к «своим», и служит для идентификации членов сообщества, противопоставляя их представителям других социальных групп (Камилова 2025: 567).

3.    Коммуникативная функция (контакт, экономия речевых средств). Сленг способствует осуществлению контакта со сверстниками «на равных». Он облегчает и ускоряет процесс общения, обеспечивая лаконичность. Функция экономии речевых усилий проявляется в способности сленга передать значительную по объему информацию одним предложением или словом (Камилова 2025: 567).

4.    Номинативная функция. Она реализуется в создании новых единиц (жаргонных неологизмов), часто отличающихся повышенной экспрессивностью и не имеющих стилистических узуальных аналогов (Камилова 2025: 567).

5.    Креативная (игровая) функция. Сленг является средством развлечения, расслабления и языковой игры. Молодые люди стремятся к языковой игре, созданию новых значений и необычных сочетаний для реализации своей индивидуальности и креативного потенциала (Камилова 2025: 567).

6.    Функция отстранения (протеста). Молодежный сленг может служить формой языкового протеста против окружающего мира и его норм, отражая мировоззренческий разрыв между поколениями и формируя языковой барьер, затрудняющий понимание для старших поколений (Камилова 2025: 567).

7.    Мировоззренческая функция. Сленг отражает специфику мировосприятия молодых людей, их ценностные ориентиры, часто связанные с ориентацией на западный образ жизни (Мальцева 2020: 238).

В то же время анализ эмпирического материала подтвердил выделенные в научной литературе функции молодежного сленга и показал, что в медиасреде одна языковая единица часто может выполнять сразу несколько коммуникативных функций.

Источники пополнения молодежного сленга

Современный молодежный сленг формируется из двух основных источников, а именно лексики любителей видеоигр или геймеров и интернет-сленга. Первый источник связан с популярностью видеоигр среди молодых людей, второй обусловлен широким распространением Интернета, которым пользуется практически вся молодежь. Лексика геймеров считается более стабильной, поскольку количество новых слов в ней значительно меньше, чем в интернет-сленге. Следовательно, интернет-сленг отличается большей динамичностью, несмотря на широкое распространение обеих групп.

При рассмотрении геймерской лексики становится очевидно, что ее можно разделить на общеупотребительные и локально ограниченные лексические единицы. Например, такие слова, как «имба» (от англ. “imbalance” – несбалансированный, очень сильный/хороший), «нуб» (от англ. “noob” – неопытный или неумелый игрок, новичок), «афк» (от англ. “AFK” – “Away From Keyboard” – далеко от клавиатуры) или «гг» (от англ. “gg” – “good game” – хорошая игра), встречаются во всех жанрах видеоигр, в то время как «шорт» (от англ. “short” – «короткий» – короткий участок локации), «темка» (темный участок локации), «лонг» (от англ. “long” – «длинный» – длинный участок локации), «зига» (зигзагообразный участок локации; то же, что и «шорт»), «петух» (пистолет-пулемет “P90”) или «муха» (снайперская винтовка “SSG 08”) употребляются исключительно в контексте игры Counter-Strike, поскольку обозначают конкретные элементы игрового пространства данного игрового продукта (Воронцова, Алдухов 2023: 88, 85, 86; Сленг // Counter-Strike Wiki. URL: https://clck.ru/3TbQEb).

Анализ интернет-сленга показывает, что данная лексическая область выступает основным связующим звеном между различными тематическими и субкультурными слоями молодежной речи, включая геймерский сленг. Интернет-сленг отличается высокой изменчивостью, поскольку его состав напрямую зависит от влияния трендов, мемов и других динамичных элементов сетевой культуры. Например, лексема «хайп», активно использующаяся приблизительно с 2017 года, к 2025 году демонстрирует снижение частотности, хотя все еще находится в употреблении, а исследователь Е. В. Хабарова указывает на то, что «…слово “хайп” употребляется в стилистически нейтральных текстах и в активном словоупотреблении, а не только как жаргонизм» (Мельникова 2017: 80; Хабарова 2019: 63; Общее число запросов хайп за 07.04.2026 – 06.05.2026: 357 316 // Яндекс Вордстат URL: https://clck.ru/3TbQFn).

Говоря о тематическом распределении, следует отметить относительную устойчивость молодежного сленга: несмотря на обновление лексических форм, многие единицы продолжают обозначать те же социальные и коммуникативные явления, что и в сленге молодежи 1990-х, 2000-х и 2010-х годов. Наиболее сильно выделяются группы обозначений типов людей и в отдельности мужчин и женщин, например, «альтушка», «скуф», «скуфыня», «анк», «омежка», «пикми», «бимбо», «найк про», «сигма», «штрих» и т. д. (Козловская, Павлова 2025: 11; Бебраниум. 06.03.2025. URL: https://youtu.be/30COotQpwCw; ROZEN 19.11.2025. URL: https://youtu.be/TKEztYuy0kw; Сороченко 2025: 65). Словарь Т. Г. Никитиной 2003 года также фиксирует обозначения, имеющие отношения к той же группе, однако указанные обозначения не используются либо задействуются крайне редко современной молодежью: «батон» (симпатичная девушка), «бычка» (глупая полная девушка), «герл» (от англ. “girl” – девушка), «анчоус» (мужчина) и др. (Никитина Т. Г. Толковый словарь молодежного сленга… 2003: 35, 63, 102, 19).

Следующая устойчивая категория связана с завуалированными наименованиями сексуальной тематики; при этом часть соответствующих единиц в современном молодежном сленге уже не используется, тогда как другие сохраняются в активном употреблении (Бебраниум. 06.03.2025. URL: https://youtu.be/30COotQpwCw; Никитина Т. Г. Там же. 2003: 82, 76, 512).

Третья категория охватывает лексику, связанную с развлечениями, которые занимают значительную часть повседневной активности современной молодежи. В условиях развития цифровых платформ и широкого распространения мобильных технологий формы досуга претерпели существенные изменения. Для молодого поколения характерно регулярное обращение к аудиовизуальному контенту: прослушивание музыки, участие в видеоиграх, просмотр стримов и летсплеев, а также потребление разнообразных медиаформатов, включая фильмы, клипы, короткие видеоролики, мемы и пользовательский контент, создаваемый в социальных сетях. Именно высокая интенсивность участия молодежи в цифровой среде обусловливает появление широкого спектра сленговых единиц, отражающих специфику соответствующей коммуникативной практики. Наиболее показательным примером такой лексики выступает глагол «бинджвотчить» (от англ. “binge-watching”), который означает просмотр сериала или кинопроекта в непрерывном режиме, как правило, охватывающем множество серий или даже целые сезоны за один подход (Гареева 2020: 120).

Четвертая категория связана с образовательной сферой, которая традиционно оказывает сильное воздействие на формирование и развитие молодежного языка. Учебная среда, как школьная, так и университетская, создает особое коммуникативное пространство институционального типа, в рамках которого обучающиеся регулярно взаимодействуют, обмениваются опытом и вырабатывают устойчивые речевые практики. Под вузовской коммуникативной средой в данном исследовании понимается совокупность формального и неформального общения студентов, реализуемого в академическом контексте (аудиторные занятия, студенческие сообщества, цифровые чаты, кампусная коммуникация), что способствует закреплению специфических лексических единиц и моделей речевого поведения. Подобное влияние подтверждается не только в научных исследованиях, фиксирующих многовековую связь между образовательной средой и формированием жаргонных систем. Интересные наблюдения встречаются и в художественной литературе, выступающей ценным источником исторического материала. Так, в знаменитом произведении Ф. Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль» (1532–1564) автор фиксирует существование специфических жаргонных практик, характерных для обучающейся в школах молодежи, подробно описывая их особенности и приводя конкретные примеры употребления. Среди таких примеров упоминается слово «Ахилл», которое служило обозначением сильного аргумента в школьном жаргоне или “tarter”, которое использовалось в значении «испражняться», что свидетельствует о характерной для молодежной речи сочетании экспрессивности, прямоты и игрового начала (Рабле Ф. Гаргантюа и Пантагрюэль. М. : Художественная литература, 1973. С. 718, 726). Эти наблюдения показывают, что жаргон учащихся представляет явление далеко не новое, имеющее глубокие культурные корни и демонстрирующее преемственность поколений в создании специфической лексики.

В научных исследованиях данная категория слов также находит свое подтверждение, например в работе А. А. Воронковой, С. М. Мальцевой, Е. М. Ульянкиной (Воронкова, Мальцева, Ульянкина 2020: 238). Исследователями подчеркивается, что в современном молодежном сленге учебная сфера занимает важное место. Поскольку система образования включает как школьный, так и вузовский этап, соответствующая лексика также подразделяется на две группы, а именно на «школьный» и «студенческий» сленг. К первому типу сленга относятся слова, используемые преимущественно в учебной жизни школьников, например, «домашка» (домашнее задание), «физра» (физкультура), «училка» (учительница), «инглиш» (английский язык), «литра» (литература) и др. (Милешина 2021: 366). К студенческому сленгу можно отнести такие обозначения, как «стипуха» (стипендия) или, например, «препод» (преподаватель), которые имеют непосредственное отношение к студенческой учебной сфере (Старыгина 2023: 108).

Наконец, значимое место в тематической структуре молодежного сленга занимает сфера романтических и гендерных отношений. Яркими примерами данной группы выступают обозначения «френдзона» (от англ. “friend zone” – инициируемый одним человеком статус дружеских отношений, не переходящий в романтические или сексуальные), «гостинг» (от англ. “ghosting” – резкое прекращение общения), «зз» (знак зодиака), «фвб» (от англ. “fwb” – “friends with benefits” – друзья с привилегиями сексуального характера), «тарелочница» (девушка или женщина, которая стремится получить выгоду на свидании чаще всего за счет бесплатной еды, которая оплачивается мужчиной) и др. (Картавцева, Хачмафова 2025: 48).

Тенденции и функционирование

Динамика молодежного сленга в XXI веке обусловлена прежде всего социокультурными факторами, связанными с внедрением цифровых технологий и активизацией интернет-коммуникации.

Количественный анализ эмпирического корпуса показал, что заимствования демонстрируют наибольшую представленность среди зафиксированных единиц молодежного сленга. В рамках данного исследования продуктивность трактуется как количественная репрезентативность лексических единиц в корпусе медиатекстов. Результаты контент-анализа свидетельствуют о том, что заимствования образуют наиболее многочисленную группу сленгизмов, что позволяет рассматривать их как ведущий источник обновления современного молодежного сленга. Это объясняется ориентацией молодежи на западные образцы культуры, а также глобализацией и виртуализацией общения (Ершова 2023: 245).

Молодежный сленг активно функционирует в сфере медийной коммуникации, особенно в сегментах, ориентированных на молодую аудиторию. Сетевая электронная коммуникация выступает основной площадкой для формирования, распространения, а также закрепления сленговых единиц, обеспечивая высокую скорость их тиражирования и дальнейшей адаптации в речевой практике пользователей. Интернет-сленг, сформировавшийся в виртуальной среде, нередко переходит в повседневную устную речь.

Молодежный сленг проникает на музыкальные каналы, а также встречается на телевизионных каналах. Данная лексика может присутствовать даже в выступлениях публичных языковых личностей, таких как политики и депутаты. Например, новостное издание Lenta.ru фиксирует сленгизмы в речи российского политического деятеля В. В. Милонова, который утверждает, что «Пользоваться услугами эскортниц – это абсолютный кринж, абсолютный зашквар» (Кошечкина В. Милонов призвал сажать в тюрьму приехавших ради ПМЭФ эскортниц // Lenta.ru. 19.11.2025, URL: https://lenta.ru/news/2024/06/06/girls/). Пример приведен с целью иллюстрации употребления молодежного сленга в публичной речи. Источник Lenta.ru в данном случае используется исключительно для фиксации факта употребления данных слов в медийной среде и не рассматривается как научное доказательство.

Также состав молодежного сленга характеризуется антропоцентрической доминантой, поскольку значительная часть единиц направлена на номинацию личностных качеств, моделей поведения, эмоциональных состояний и механизмов социальной оценки. Например, в сетевой коммуникации зафиксированы гендерные различия, поскольку мужской сленг чаще связан с тематикой гейминга, технологий, спорта, и использует стратегии доминирования и агрессивного юмора, а женский сленг более эмоционален и экспрессивен, фокусируется на отношениях, эмоциях, внешности и моде, как отмечает М. Ш. Шералиева (Sheralieva 2025: 361).

В ходе анализа были рассмотрены медиатексты, ориентированные на молодежную аудиторию и отобранные на основе высокой пользовательской активности и возрастной специфики коммуникативной среды. Материал исследования включал тексты, размещенные на платформах YouTube, TikTok, «ВКонтакте», Telegram и Steam. Общее число проанализированных единиц составило 74. В исследуемом корпусе обнаружены лексемы, среди которых «база» (истина, правда, очевидная информация), «альтушка» или «альтуха» (девушка альтернативной субкультуры, выделяющаяся за счет нестандартной одежды, крашеных волос, пирсинга, татуировок и т. д.), «гайд» (от англ. “guide” – инструкция), «спавниться» (появляться, возникать), «хейт» (от англ. “hate” – негатив, агрессивная критика), «сигма» (независимый мужчина, не стремящийся быть в центре внимания и добивающийся успеха), «+/-реп» или «+/-rep» (+/- репутация; оценка пользователя в игровом сообществе, чаще в Steam) и др. Стабильность перечисленных лексем подтверждается смешанным (качественно-количественным) контент-анализом пользовательских комментариев. В анализ были включены комментарии, отобранные по релевантным ключевым словам в пределах исследуемого периода. Единицей анализа являются сленговые лексемы. Полученные данные сопоставлены со статистикой Яндекс.Вордстат и Google Trends, что дополнительно фиксирует устойчивую частотность данных единиц среди российских интернет-пользователей. Наряду с этим исследование выявило относительно новые и менее распространенные слова и выражения, например «друллега» (коллега, с которым поддерживаются дружеские отношения), «веном» (от англ. “venom” – «яд», «злоба» – выражение безразличия, аналог «пофиг» или более грубым вариантам) «скуфыня» (женский вариант слова «скуф») или «битва за ингалятор» (задыхающийся, хриплый и/или закашливающийся смех) (Козловская, Павлова 2025: 11). Примечательно, что выражение «битва за ингалятор» и слово «веном» наиболее часто фиксируются в сервисе TikTok, что подтверждается данными контент-анализа пользовательских комментариев. Многие из анализируемых примеров не были детально изучены в научных работах, что также свидетельствует о недостатке исследований состояния современного молодежного сленга. Данные наблюдения указывают на продолжающееся обновление и расширение молодежной лексики.

Далее приведены примеры использования современного молодежного сленга в естественной для него среде. Так, комментарий к первому рисунку был оставлен под видеороликом, в котором демонстрируется образ девушки, относимой пользователями к альтернативной субкультуре и обозначаемой в комментариях лексемой «альтушка». После просмотра пользователь поинтересовался, где можно встретить таких девушек, используя конструкцию «где такие спавнятся????». Литературный вариант данного высказывания соответствует формулировкам «Где такие появляются?» или «Где такие бывают?»:

Рис. 1. «где такие спавнятся????» (TikTok)

Комментарий пользователя «Кэжики лучше чем альтухи» на втором рисунке можно трактовать, как «Люди в стиле “кэжуал” лучше, чем альтушки»:

Рис. 2. «Кэжики лучше чем альтухи» (TikTok)

Третий рисунок демонстрирует комментарий с содержанием слова «альтушка», но в более пренебрежительной форме «альтуха», что подчеркивает оценочность высказывания:

Рис. 3. «Я В ШКОЛЕ АЛЬТУХУ ВИДЕЛА» (TikTok)

Лексемы «гайд» и «база» продолжают активно употребляться, несмотря на то что не относятся к числу новых сленгизмов:

Рис. 4. «хороший гайд мне нравится», «Это база» (TikTok)

Сленговые единицы «рофл» (от англ. “ROFL” – “Rolling On the Floor Laughing” – кататься по полу со смеха), «кемп» (от англ. “camp” – тактика, при которой игрок долго выжидает противника в одном месте), «туннелинг» (от англ. “tunneling” – тактика, при которой игрок многократно и целенаправленно преследует одного человека), «аддон» (от англ. “add-on” – внутриигровое улучшение характеристик игрока или предмета) и «перк» (от англ. “perk” – способность персонажа видеоигры) широко используются пользователями, которые проявляют интерес к сфере видеоигр. В данном случае приведенные в качестве примера лексемы используются в контексте обсуждения видеоигры Dead by daylight:

Рис. 5. «рофл», «кемп», «аддон» (TikTok)

Использование оценки репутации пользователя “+/- rep” отмечается на платформе Steam, популярной среди геймеров, где данная форма встречается особенно часто:

Рис. 6. “+/- rep” (Steam)

Также особого внимания заслуживают сленгизмы, использующиеся в рекламе, как в случае с видеоигрой под названием «МЕМОЛОГИЯ: ЕГЭ ДЛЯ СКУФОВ».

Рис. 7. «МЕМОЛОГИЯ: ЕГЭ ДЛЯ СКУФОВ» (Steam)

Следует отметить, что приведенные в качестве примеров иллюстрации отражают лишь небольшую часть зафиксированного эмпирического материала. В условиях ограниченного объема статьи не представляется возможным воспроизвести все 74 примера сленговых единиц, включенных в корпус исследования. В связи с этим демонстрируются лишь наиболее репрезентативные случаи, позволяющие проследить характерные способы функционирования лексики, стратегию ее употребления в различных медиаплатформах и основные типы контекстов, в которых актуализируются соответствующие прагматические и семиотические особенности. Полное представление массива данных доступно только в рамках расширенного корпуса, на который опирается данное исследование и который обеспечил необходимую эмпирическую базу для обобщений и аналитических выводов.

Заключение

В результате анализа становится очевидно, что большинство используемых слов и выражений молодежного сленга представляет собой устоявшиеся единицы, и лишь малая часть из них появилась недавно. Так из 74 примеров было зафиксировано 7 новых и малораспространенных в молодежной среде слов, например «друллега» или «веном». Примечательно, что часть примеров представляет собой трансформированные формы исходных обозначений, как в случае с «альтуха» вместо «альтушка».

Анализ современного молодежного сленга в медиатекстах позволяет увидеть в данном явлении не частный лексический феномен, а важный социокультурный индикатор, отражающий более широкие процессы трансформации коммуникации в цифровую эпоху.  Молодежный сленг выступает не только особой языковой подсистемой, но и важным инструментом формирования идентичности, выражения групповой солидарности и адаптации к меняющейся медиасреде. В условиях цифровизации границы традиционной лексики размываются. По данной причине слово становится частью мультимодальной структуры, где значение формируется не только содержанием, но и визуальным контекстом, влиянием мемов, ритмом распространения. Это превращает сленг в подвижную, динамичную категорию, чье существование неотделимо от логики цифровых платформ.

Исследование выявляет амбивалентность процессов, происходящих с молодежной лексикой. С одной стороны, отмечается стремительная генерация новых выражений, обусловленная высокой скоростью коммуникации и возможностями мгновенного тиражирования в социальных сетях. С другой – фиксируется устойчивость определенного ядра – выражений, которые переходят из одной медиаплатформы в другую, закрепляясь как элементы культурного кода. Эта двойственность демонстрирует, что язык молодежи не хаотичен, поскольку за быстрыми изменениями стоят повторяющиеся механизмы адаптации, отбора и институционализации языковых форм.

Не менее важным представляется функциональный аспект. Проведенный анализ эмпирического материала позволил установить, что молодежный сленг выполняет широкий спектр функций – от экспрессивной до протестной. Особенно значима функция «семиотического укрытия», позволяющая молодым людям дистанцироваться от официальных дискурсов, формировать собственное пространство смыслов и одновременно участвовать в публичной коммуникации.

Методологические результаты исследования позволяют заключить, что изучение сленга требует комплексного, междисциплинарного подхода. Только сочетание медиалингвистического анализа, социолингвистики, наблюдения за цифровыми практиками и аналитики платформенных алгоритмов способно дать целостное представление о механизмах функционирования молодежного языка. Дальнейшие исследования целесообразно ориентировать на применение динамических корпусов с привязкой к платформенным и социально-демографическим параметрам, что позволит отслеживать «жизненный цикл» сленгизмов – от возникновения до исчезновения или институционального закрепления.